Исполнились ли ваши желания, высказанные в этой песне?
- Мне очень легко отвечать на этот вопрос. Я никогда не ставил перед собой карьерных целей. У меня были неосознанные цели, от какой-то высокой духовной планки. Я всегда любил искусство и хотел в нем что-то сделать. Учился музыке, был известным в Свердловске гитаристом, будучи еще совсем мальчишкой.
- В 50-е годы вы заняли второе место на первом послевоенном конкурсе артистов эстрады...
- Места - бог с ними. Для меня всегда высочайшим было звание поэта. Я мечтал просто называться поэтом. Сейчас мои стихи изучают, включают в антологии, цитируют в философских диссертациях наряду с цитатами из философов. Какие-то песни стали семейными, народными. Это что касается творчества. В личной жизни я тоже счастлив. Мне удалось создать семью. Я нашел прекрасную подругу, у нас трое замечательных сыновей. Мы держимся друг за друга, ценим друг друга. Дети с детства видят нашу любовь и начинают ее сейчас понимать не только сердцем, но и головой. Средний у меня мог бы зазнаться, он еще учится в Академии художеств, а уже известный художник, мастер. Но дома между детьми никакой разницы нет. Он говорит: 'Я хочу в нашей семье оставаться ребенком'.
Я рад тому, что я не жадный, не злой, не мстительный. Есть надежда, что я умру хорошим человеком. Хотя итоги подводить еще рано. Нет, пока я не буду умирать. Я очень многое еще не сделал. У меня есть намерение писать прозу, 'почистить' свои стихи и издать лирику. Я всякие стихи писал - и смешные, и в стиле куртуазного маньеризма. Но главное - это лирика. Труднее всего написать такое стихотворение, как 'Звезда на ладони'.
- Но писалось оно как раз, наверное, легко?
- Да, оно написалось очень легко. Мне было лет 18, я просто зарифмовал то, что думал. Это было свободно от сложных помыслов, искренне. Поэтому так и любят эту песню, что она очищена от всего лишнего.
- В одной из песен вы сегодня спели, что 'любить и жить я так недавно научился'. Это дает и другим надежду. А был ли момент истины?
- Были - в течение всей жизни.